Взгляд из Вашингтона.

Главная страницаНовости Россия, Китай и США

19/04/11

Взгляд из Вашингтона.


Отношение США к стратегическому треугольнику колеблется между безразличием, досадой, страхом и враждебностью. Давно миновали те дни, когда, в 1970-е годы США делали все возможное для популяризации этого концепта.

За последние десятилетия международный контекст изменился до неузнаваемости, а вместе с ним и американское стратегическое мышление. Самым впечатляющим событием этого периода безусловно стал крах Советского Союза и последующая за ним неспособность России восстановить былой статус сверхдержавы. Практически в одночасье концепция стратегического треугольника потеряла всякий смысл. Хотя Россия и остается ядерной сверхдержавой, это имеет гораздо меньшее значение в мире, в котором произошли революционные изменения самой природы власти и влияния. Теперь Вашингтон совершенно иначе воспринимает угрозу со стороны России, превратившейся из устрашающего стратегического соперника во все более дисфункциональное государство, рискующее окончательно развалиться. В этих обстоятельствах, главная угроза для США и международной безопасности заключается в слабости России: устаревшие ядерные боеголовки, слабый контроль за экспортом оружия массового поражения, ультранационалистический и империалистический реваншизм и непредсказуемая внешняя политика.

В последние годы, агрессивное поведение Москвы на бывшем советском пространстве ввело в заблуждение некоторых наблюдателей, поверивших в возвращение России на мировую арену. Хотя Россия в некотором смысле и выглядит сейчас более угрожающей, немногие в Америке полагают, что ее амбиции и возможности позволяют сравнить ее с Советским Союзом. И если СССР несомненно являлся мировой державой, современная Россия в лучшем случае представляет из себя державу регионального масштаба, преследующую некоторые глобальные интересы. Что, тем не менее, не означает, что ее можно с легкостью сбросить со счета. Решение администрации Обамы «нажать на кнопку перезагрузки» в отношениях между США и Россией отражает веру в то, что Москва все еще может внести конструктивный вклад во многие сферы, заботящие США – ядерное разоружение, Иран, Афганистан, нераспространение оружия массового поражения и европейская безопасность. Однако принципиальная ограниченность способности России проецировать свою власть за пределы собственного соседства – не говоря уже о том, чтобы делать это в соответствии с желанием США – означает, что Вашингтон не видит пользы (ни возможности) в стратегическом треугольнике или в других искусственных геополитических схемах. Второй причиной слабой заинтересованности Америки в треугольнике является превращение Китая из региональной «глубинки» в новую сверхдержаву. Хотя Китаю еще предстоит долгий путь до достижения уровня развития США, многие американцы все же видят в нем главного «Другого» в международной системе. Некоторые в связи с этим предсказывают повышение напряженности и возникновение соперничества в китайско-американских отношениях.

Другие, более оптимистично настроенные, полагают, что Пекин и Вашингтон могут успешно сотрудничать в решении региональных и глобальных проблем подобные рассуждения лежат в основе широко обсуждаемой идеи о создании «большой двойки». При этом оба сценария предполагают существование в мире скорее двух, а не трех полюсов. Они основываются на допущении, что Китай в ближайшее время станет достаточно могущественным и влиятельным, чтобы вступить в отношения с США на равных – идет ли речь о партнерстве, о соперничестве, или о том и о другом. Подобная ситуация значительно ограничила бы возможность России взять на себя такую роль, которая вернула бы актуальность стратегическому треугольнику. В-третьих, после окончания холодной войны в Америке возрастает ощущение того, что старомодная геополитическая эквилибристика не применима к международной политике XXI века. В 1989 году, в наделавшем шуму эссе «Конец истории», Фрэнсис Фукуяма высказал идею о том, что мировое развитие пришло к завершению в связи с повсеместным распространением западных демократических норм и ценностей. Хотя в последующие годы триумфализм Фукуямы был опровергнут, остается общепризнанным мнение о том, что мир отошел от характеризовавшего эпоху холодной войны соперничества между сверхдержавами. Международная система оказалась гораздо более сложной и разнообразной и упрощенческие геополитические схемы, такие как традиционная биполярность и понятие стратегического треугольника, теперь воспринимаются как устаревшие. Этот изменившийся интеллектуальный климат отражается и в современной терминологии, подчеркивающей взаимодействие вместо соперничества, взаимозависимость вместо геополитики и взаимовыгодные расчеты вместо игр с нулевой суммой. И все же, по всей вероятности, наиболее веской причиной отказа от идеи треугольника в США является простой факт доминирования Америки в международной политике после окончания холодной войны.

Как уже упоминалось, эффективность стратегического треугольника предполагает приблизительное равенство трех сторон, хотя бы настолько, чтобы каждая из них реально была способна повлиять на поведение двух других. Эти условия почти полностью исчезли после распада СССР. Рост превосходства (и самоуверенности) США привел к свертыванию трехсторонней дипломатии в Вашингтоне. В тех случаях, когда Америке было необходимо привлечь другие стороны к поддержке ее собственных интересов, она обращалась к своим союзникам по НАТО или к международному сообществу в широком смысле. Ситуация остается таковой и сегодня. Трудности в Ираке и Афганистане пошатнули самоуверенность США и заставили их все больше стремиться к распределению ответственности между союзниками и партнерами. И все же немногие в Вашингтоне ставят под сомнение мировое лидерство США. Невзирая на потерю ореола непобедимости и сильнейшие за последние 20 лет давление и напряженность, которые испытывают нынешние руководители США, никто кроме них пока не готов взять на себя столь же обременительную ответственность. Китай неоднократно демонстрировал свою сдержанность в этом вопросе, а что касается России, то она уже давно вынуждена была выйти из игры по причине стремительного спада своего стратегического капитала.

Принцип многосторонних отношений администрации Обамы отражает, среди прочего, растущее в Вашингтоне осознание того, что мир действительно изменился и, в некотором смысле, стал более равноправным. Однако это осознание не означает готовности вернуться к более традиционным соглашениям между сверхдержавами, таким как биполярность, стратегический треугольник или «согласие великих держав».

Основной вопрос заключается в том, каким образом действия США могут быть эффективными в сегодняшней в высшей степени глобализованной и взаимозависимой среде. Ответ на него подразумевает более продуктивные отношения не только с крупными державами, такими как Китай и Россия, но и с множеством мелких государств, международных институтов и негосударственных акторов. Бобо Ло.




Комментарии

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти или зарегистрироваться

Сейчас на сайте посетителей:2