Ельцин и «китайская карта».

Главная страницаНовости Россия, Китай и США

19/04/11

Ельцин и «китайская карта».


Конец холодной войны прозвучал поминальным звоном для стратегического треугольника, а по мнению некоторых аналитиков, положил конец самому принципу реализма. Появление демократической, но слабой России, кажущееся неуязвимым доминирование США и направленность основного внимания Китая на внутреннюю модернизацию позволяли надеяться на то, что будущая международная политика будет основана в большей степени на сотрудничестве, чем на соперничестве.

Однако 1990-е годы принесли немало неожиданностей. Несмотря на беспрецедентное стратегическое и нормативное преимущество США, идеи геополитического равновесия оставались популярными. Особенно в Кремле, где разочарование отказом США рассматривать Россию как «равноправного партнера» привело к ожесточенным обвинениям в адрес Америки. Идея треугольника стала находить все большую поддержку среди политической элиты, обеспокоенной крушением стратегической мощи России. В ходе этого десятилетия зародилось понятие многополярного мирового порядка. Оно основывалось на трех посылках. Во-первых, ориентированный на Америку мир был не только оскорбительным для России, но и неблагоприятным для ее национальных интересов. Во- вторых, Россия была слишком слабой, чтобы самой бросить вызов «гегемонии» США, и поэтому нуждалась в союзниках. В-третьих, чтобы добиться значимой роли в международных процессах, лучшей тактикой России было бы выступить одновременно в качестве моста и противовеса между Востоком и Западом и, в особенности, между Китаем и США. Эта логика привела администрацию Ельцина к развитию отношений с Китаем. В некоторой степени это развитие было мотивировано озабоченностью внутренними проблемами, связанными с нерешенным спором о границах и необходимостью взять под контроль поток китайских эмигрантов на российском Дальнем Востоке, а также со стремлением сохранить российский военно-промышленный комплекс путем увеличения продаж оружия КНР. Но важнейшей движущей силой улучшения отношений была надежда России на то, что Китай можно будет использовать как стратегический противовес доминирующей власти США.

По сути, «многополярный мировой порядок в XXI веке», утверждающий преодоление геополитики времен холодной войны, стал средством возрождения стратегического треугольника. Попытки Москвы использовать «китайскую карту» и возродить треугольник обернулись полной неудачей. Хотя китайско-российские отношения действительно улучшились, Пекин отказался играть роль удобного партнера в «большой игре» администрации Ельцина. Скорее наоборот, в ходе этого десятилетия экономические отношения Китая и США осуществили качественный скачок, далеко опередив остающиеся скромными связи между Москвой и Пекином. Между тем Россия, которой так и не удалось достичь возможности влияния на западную политику по ключевым вопросам, таким как расширение НАТО, постепенно отдалилась от Запада. В конечном счете, треугольник 1990-х годов не сложился главным образом по той же причине, что и в 1970-х и 1980-х годах, то есть в силу явно неравноправных отношений между тремя сторонами.

Роль наименее влиятельного игрока перешла от Китая к России, что никак не повлияло на ключевой недостаток треугольника. Подавляющее превосходство США, стратегический и экономический упадок России и прагматичный интерес Китая в большей степени к внутреннему экономическому росту, чем к геополитическому равновесию, привели к тому, что к концу прошлого столетия стратегический треугольник, казалось, потерял всякий практический смысл. Бобо Ло.




Комментарии

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти или зарегистрироваться

Сейчас на сайте посетителей:2