Последствия кризиса для внутренней политики России.

Главная страницаНовости Кризис

19/04/11

Последствия кризиса для внутренней политики России.


Несмотря на существующие проблемы, возможность возникновения в России социальных волнений, связанных с кризисом, на сегодняшний момент кажется маловероятной, за исключением зоны Северного Кавказа. Более реальную опасность представляет проблема возможного раскола в элитных кругах вследствие снижения их доходов и возрастающего стремления (по крайней мере, на словах) президента Дмитрия Медведева к сокращению роли государства и большей открытости российской экономики для конкуренции.

За годы президентства Владимира Путина в России произошел сдвиг в сторону смешанной государственно-капиталистической системы управления, в которой избранный круг высокопоставленных чиновников (многие из которых являются, как и сам Путин, силовиками или ветеранами служб безопасности) занимает кресла в правлениях ключевых компаний. К ним принадлежал и сам Медведев, занимавший – до своего выдвижения в качестве преемника Путина – пост председателя Совета директоров Газпрома. Новая политико- экономическая элита использовала свои политические связи для накопления богатства, а не наоборот, как это делали олигархи 1990-х годов. Выступая гарантами действий крупных корпораций в интересах государства, эти чиновники зачастую использовали свое положение для накопления личного капитала за счет вверенных им компаний. К тому же исчезли не все «старые» олигархи. Таким образом, крупнейшие сектора промышленности России оказываются в руках частных фирм, тесно связанных с политическими кругами, и крупных государственных корпораций, в большинстве из которых процветает коррупция и которые периодически используются государством для проведения своей политики. Ведущие государственные чиновники признают серьезность этой проблемы вплоть до того, что Дмитрий Медведев превратил борьбу с коррупцией в одну из центральных тем своей – пока не принесшей больших результатов – программы реформ. Стабильность этой системы выглядит более сомнительной в ситуации экономического спада, а также в связи с неопределенностью вокруг окончания первого мандата Дмитрия Медведева в 2012 году. Хотя Медведев номинально и является лидирующей фигурой в государстве, премьер-министр Владимир Путин играет ведущую роль в урегулировании конфликтов среди различных бюрократическо-олигархических групп, включая так называемую «Kremlin Inc», доминировавшую в российском бизнесе и политике на протяжении большей части прошлого десятилетия. Главный вопрос заключается в том, способна ли эта система существовать в ее сегодняшней форме без посреднической роли Путина. Вспомним, что неопределенность, сопровождавшая президентские выборы 2008 года, вызвала столкновение между соперничающими группировками (ставшее известным под названием «война силовиков»). Относительно гладкий переход власти от Путина к Медведеву, а также решение Путина остаться на политической сцене в качестве премьер-министра, помогли предотвратить перерастание этого столкновения в серьезную угрозу для стабильности. Однако политическая неопределенность вокруг окончания первого мандата Медведева, в сочетании с сокращением доходов элиты, вполне способна привести к серьезному конфликту между различными бюрократическо- олигархическими группировками.

Экономический кризис, в сочетании с риском раскола элит, ставит правительство перед необходимостью выбора. Медведев и его сторонники, среди которых министр финансов Алексей Кудрин, министр экономического развития Эльвира Набиуллина и первый вице-премьер Игорь Шувалов, выступают за реализацию программы экономической модернизации, воспринимаемой ими как единственно возможный путь к восстановлению устойчивой конкурентоспособности России и, как следствие, ее международного влияния и престижа. Однако эта программа не может быть успешно реализована без реформирования существующих структур власти и связана с риском создания еще большей нестабильности. Преследуя цели модернизации, Медведев воспользовался кризисом для того, чтобы стимулировать отказ России от опоры на государственные корпорации и продажу природных ресурсов в пользу создания экономики, основанной на инновациях и высоких технологиях. В своей статье «Россия, вперед!», а также в ряде выступлений (включая ежегодное обращение к Федеральному собранию в ноябре 2009 года), Медведев называет зависимость России от энергоресурсов «унизительной», поскольку она обрекает страну на роль поставщика сырья более развитому миру. Для преодоления этой отсталости Медведев предлагает провести реформу правовой системы с целью борьбы с вездесущим российским «правовым нигилизмом», распустить государственные корпорации и уделить особое внимание развитию высокотехнологичных отраслей промышленности. Несмотря на острую критику Медведевым непродуктивной экономической системы России, реальные реформы остаются весьма незначительными.

Основная проблема их реализации заключается в тесном переплетении политической и экономической элит, означающем, что атака на экономическую олигархию ставит под удар и выстроенную Путиным государственно-капиталистическую политическую систему. Некоторые фигуры из окружения Путина, в частности вице- премьер Игорь Сечин, предпринимают попытки сохранения статус кво, что выражается в призывах к правительству продолжать расходовать государственные резервы и использовать кризис для захвата государством еще больших долей в ключевых отраслях промышленности. Позиция самого Путина, позволившего своему «протеже» Медведеву стать главным лицом кампании по модернизации, выглядит неопределенной и двойственной. При этом Медведев вряд ли сможет добиться успеха без надежной поддержки Путина, учитывая, что проведение реформ может поставить под удар бюрократическо-олигархическую элиту с ее дестабилизирующей экономику борьбой за ресурсы. Показателем провала или успеха программы модернизации Медведева станет судьба государственных корпораций. Эти компании – включая экспортера оружия Ростехнологии, корпорацию нанотехнологий Роснано и Олимпстрой, ответственный за строительство в Сочи объектов для зимней Олимпиады 2014 года, а также такие энергетические гиганты как Газпром и Роснефть – были созданы или укреплены во время президентства Путина в качестве средств усиления государственного контроля над ключевыми секторами экономики и, попутно, для обеспечения постоянным доходом избранных государственных чиновников. Между тем, вклад этих компаний в экономику России намного меньше, чем доля частного сектора, который составляет до 65% ВВП, несмотря на постоянно растущее со времени прихода к власти Путина в 2000 году присутствие государства в экономике. Лишь некоторые государственные компании являются рентабельными, в то время как у большинства имеются серьезные задолженности, отчасти связанные с использованием внешних займов для проведения валютных спекуляций. Эти компании зачастую также подвержены коррупции, поскольку их руководители активно занимаются масштабным присвоением активов. На ранних стадиях кризиса, Кремль способствовал росту долгов этих компаний, поддерживая их политику выкупа обанкротившихся конкурентов, с целью избежать риска их поглощения иностранными фирмами. Точно так же с целью предотвратить захват их активов иностранными кредиторами государство выделило из своей казны средства на экстренную помощь некоторым избранным частным компаниям, тесно связанным с политическими кругами. По всей видимости, многие из них использовали эту помощь для выплаты дивидендов, так и не решив проблему своих долгов, суммарный объем которых достиг в начале июля 2009 года 294 млрд. долл. США. В России подобная задолженность редко приводит к процедурам банкротства компаний, которые попросту продолжают терять деньги. Медведев предложил постепенное свертывание государственных корпораций и их передачу в частное владение. Поскольку многие из этих компаний контролируются высокопоставленными политиками – по большей части силовиками – настоящая приватизация нарушила бы существующую политическую расстановку сил.

Несомненно, приватизация может быть проведена таким образом, чтобы не затронуть основания существующей системы, как это произошло в начале 1990-х годов, когда приватизация зачастую служила прикрытием для захвата руководителями контроля над своими компаниями. Остается неясным, будут ли иностранцы допущены к участию в этой приватизации и какие именно компании будут приватизированы. Необходимо в этой связи отметить существование сильного давления в пользу сохранения государственного контроля над компаниями «стратегических» секторов экономики, таких как крупнейшая государственная нефтяная компания Роснефть, производящая на сегодняшний день около 44% российской нефти. По всей вероятности, глубина и продолжительность кризиса могут существенно повлиять на успех реформ Медведева и, соответственно, на судьбу российской государственно-капиталистической политической системы.

С одной стороны, серьезный и продолжительный кризис – в особенности, если другие крупные экономики смогут быстро вернуться к росту – может выявить коренные проблемы российской государственно-капиталистической системы и, таким образом, способствовать продвижению реформ (хотя при этом возрастет риск потери государством контроля над процессом, как это произошло при Михаиле Горбачеве в конце 1980-х годов). С другой стороны, если мировые цены на нефть вернутся к экспоненциальному росту докризисных лет, Россия сможет выдержать экономическую бурю с минимальными политическими потерями. При таком развитии событий давление на Кремль в пользу проведения широкомасштабных – но, возможно, дестабилизирующих – реформ окажется намного меньшим, что, в конечном счете, ограничит развитие России в долгосрочной перспективе. Джеффри Манкофф.




Комментарии

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти или зарегистрироваться

Сейчас на сайте посетителей:2