Новая маргинальность?

Главная страницаНовости Европа

17/04/11

Новая маргинальность?


В некотором смысле, в настоящее время вся Европа становится глобальным «аутсайдером». В то самое время, когда в России говорят о «большой Европе», весь континент становится своего рода «малой Европой». Когда идея европейской Конституции впервые была вынесена на обсуждение, ее предназначение виделось в обеспечении растущего влияния Европы формальными рамками.

Последовавший за этим болезненный удар, приведший к принятию довольно скромного Лиссабонского договора, расценивается как признак начинающегося скольжения вниз. Более того, Лиссабонский договор, по всей видимости, не слишком способствовал решению запутанного вопроса о руководстве внутренней и внешней политикой в ЕС. Несмотря на то, что его общий совокупный ВВП равен ВВП США (14,5 трлн. дол.), Евросоюз подвергается в настоящий момент стратегической маргинализации, вызванной не только недостатком единства, но и отсутствием общей воли. И Россия, и ЕС начинают ощущать свое скольжение по «наклонной плоскости» в плане глобального могущества и нависший над всем континентом риск маргинализации. Отстаиваемые Давутоглу многомерность и открытие Турции Ближнему Востоку отражают этот сдвиг глобального могущества, сопровождающийся ростом неооттоманизма. Как говорится в отчете о проекте нового европейского договора по безопасности: «Впервые за несколько столетий Европа перестала быть глобальным центром в системе международных отношений».

С окончанием холодной войны военные интересы США в Европе сократились и были перенесены на новые глобальные вызовы, обозначив тем самым начало новой постатлантической эпохи. Размышляя об этом, болгарский политолог Иван Крастев пишет: «Президентство Обамы свидетельствует о том, что США более не представляют собой европейскую державу в классическом смысле этого слова. И даже если альянс с государствами НАТО будет продолжать существовать, на сегодняшний день Америка перестала воспринимать Европу как место возникновения будущих конфликтов». Подъем Китая сопровождается изобилием публикаций, представляющих этот процесс как «конец западного мира». Таким образом, с точки зрения некоторых аналитиков, не только Россия и Европа вступают в период непривычной для них маргинализации, но и сама эпоха становится «постзападной».

Европа превращается в новую периферию – положение, в котором она не оказывалась по меньшей мере полтысячелетия. Этот анализ применим к геополитике, однако стоит также отметить и происходящую на более глубинном уровне эрозию традиционных цивилизационных ценностей европейского континента. Как в России, так и в Турции возрождается критика возникших в эпоху Просвещения идей об однолинейном прогрессе и развитии. Отметим, что именно эти идеи лежали в основе как младотурецкой революции 1908 года, так и большевистской революции 1917 года. Укрепление и воплощение этих идей большевиками и Ататюрком несомненно осложнялось различными обстоятельствами, что никоим образом не ставит под сомнение их общее происхождение из позитивистского подхода Огюста Конта, утверждающего однолинейное развитие человечества. Существующие сегодня как в России, так и в Турции трения между доктриной отделения церкви от государства и стремлением вернуть религиозную составляющую в государственную политику, сходны в том, что представляют из себя обратную реакцию на имевшие место проекты кардинальной модернизации, направленные на избавление от влияния религиозных традиций каждой из этих стран. Турция остается под влиянием кемалистского видения национального модернизма, в рамках которого продолжают рассматриваться различные противоречия между государством, обществом и религией. Реджеп Эрдоган превратил ПСР в наиболее успешную партию с исламистской генеалогией в истории Турецкой республики. Партия удержалась от жесткой идеологической позиции и, вместо этого, представила себя как консервативную демократическую силу.

В России нарастают притязания на постдемократическую исключительность. При этом, две страны разделяют интерес к духовным основаниям политического сообщества, что представляет собой обратную реакцию на существовавшие в двадцатом веке программы радикальной светской модернизации. Ричард Саква.




Комментарии

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти или зарегистрироваться

Сейчас на сайте посетителей:2